Из всех документов Архиерейского собора только один до сих пор находится под грифом "секретно". По иронии судьбы это именно тот документ, о котором написано, что он должен быть опубликован в церковной печати, направлен "в достаточном количестве экземпляров во все канонические подразделения Московского Патриархата", включен "в учебный процесс в духовных школах Русской Православной Церкви".

Речь идет о новом Уставе Русской Православной Церкви.

Его текст был тайной за семью печатями накануне Собора. Никто, даже близкие к Патриарху епископы не имели возможности познакомиться с проектом нового Устава заранее, а большинство получило его текст только поздно вечером в предпоследний день Архиерейского Собора. Кто-то очень хотел, чтобы новый Устав не было возможности читать внимательно. Именно поэтому и его обсуждение было назначено на последний день.

Зачем такая секретность?

Реконструировать ситуацию трудно, однако некоторые факты позволяют предположить, что Отдел внешних церковных сношений готовил радикальную реформу церковного управления.

В общих чертах ее суть сводилась к следующему: высшими исполнительными органами власти в Церкви должны были стать два управления - Управление делами и Управление внешних церковных связей. Только через эти структуры все прочие синодальные отделы и комиссии должны были бы сообщаться с Патриархом.

Распределение прав и обязанностей между двумя управлениями предполагалось далеко не паритетным. В компетенции Управления делами должны были остаться исключительно связи с епархиями, а все остальные обязанности передавались Управлению внешних церковных связей.

Таким образом, рядом с Патриархом возникали фигуры двух митрополитов, реальное влияние которых было бы значительно большим, чем всех других иерархов, включая постоянных членов Священного Синода.

Под прикрытием идеи более широкого представительства епископов в Синоде количество его членов - как постоянных, так и временных, - должно было быть удвоено. Однако на практике это должно было обернуться прямо противоположным: роль синодалов постепенно бы уменьшалась. Собрать вместе 24 иерарха дело не такое простое, а реальная власть тем временем концентрировалась бы в руках Патриарха и двух председателей управлений.

Ряд других изменений касался более четкого определения статуса автономных Церквей в составе Московского Патриархата, ужесточения порядка владения и пользования церковной недвижимостью и введения института церковного суда.

В общем пакете предсоборных документов новый Устав был одобрен на так называемом малом Синоде (так называются встречи тех постоянных членов Синода, которые проживают в Москве), но не обсуждался на большом Синоде (собрании всех постоянных членов Синода). Устав был сразу представлен на Соборе. Мы до сих пор не располагаем подробностями этого обсуждения, которое затянулось до полуночи, однако в результате жарких дебатов реформа церковного управления была заблокирована.

Здесь и ответ на вопрос, почему не опубликован Устав - один из главных документов канонического права.

Иерархи, от которых зависит публикация Устава, недовольны соборно принятой редакцией. В новой борьбе за власть никто не достиг намеченного результата. И Устав до поры до времени забыт, брошен в ящик стола. Не исключено, что его снова будут дорабатывать. Только вот какая незадача: Собор постановил "Считать Устав вступившим в действие с момента принятия".

Получается, что в Церкви теперь действует Устав, которого никто не видел.

Прекрасная иллюстрация того, как относится высшая иерархия к каноническим нормам церковной жизни - лучше, чтобы о них как можно меньше знали.